Роман Броль. Варахамихира и его роль в истории индийской астрологии

  

 

 

 

В конце мая 2006 г. в московском издательстве "Мир Урании" вышла в свет "Брихат-джатака" - "Большая книга о рождениях" знаменитого индийского астролога Варахамихиры. Эта книга, представляющая собой фундамент джьотиша, традиционной индийской астрологии, вышла в свет в рамках проекта "Manuscripta astrologica". Предлагаем вашему вниманию предисловие к этой книге.

Варахамихира
– один из наиболее знаменитых учёных в истории своей страны. Его называют “первым астрологом Индии” и “отцом индийской астрономии”. Обычно датой его рождения считается 505 г. н.э. (сам Варахамихира в своём главном астрономическом труде “Панча-сиддхантика” использует этот год – 427 г. по календарю Сака – в качестве точки отсчёта). Как свидетельствует Амараджа в своей “Кхандакхадья-Каранатике”, Варахамихира скончался в 509 г. Сака, т.е. в 587 г. н.э. Именно эти даты жизни учёного (505 – 587) принимаются большинством современных историков (см.
Agrawal D.P. Did you know Varahmihira?).

Сам Варахамихира в заключительной главе “Брихат-джатаки” сообщает нам, что родился он в селении Капитха (Капаттика) в Авантике (Западная Мальва), то есть неподалёку от Удджайна в современном штате Мадхья-Прадеш. Исследователи до сих пор не могут точно отождествить Капитху с каким-либо местом на современной карте Индии. Однако практически нет сомнений, что немалую часть своей жизни знаменитый астролог провёл в самом Удджайне, “Гринвиче индийских астрономов”. Таким прозвищем этот город обязан тому факту, что меридиан Удджайна с древних времён имеет в астрономии и географии Индии статус нулевого меридиана. Будучи крупным центром науки и искусств, Удджайн предоставлял учёным прекрасные возможности для реализации своих талантов. В этом городе работал и другой выдающийся астроном и астролог той эпохи, Арьябхата (476 – ок. 550).

Варахамихира унаследовал обширные знания и интеллект от своего отца, Адитьядаши. Именно под руководством отца Варахамихира стал изучать астрологию. Не исключено, что дополнительные знания в астрологии, астрономии и математике он почерпнул при личном знакомстве с Арьябхатой после переезда в Удджайн. Как бы то ни было, Варахамихира был несомненно знаком с работами Арьябхаты и ссылается на него в своей “Панча-сиддхантике”. Это является лишним подтверждением того факта, что Варахамихира был младшим современником Арьябхаты, год рождения которого (476 н.э.) недвусмысленно явствует из его работ.

На подобных свидетельствах, позволяющих чётко установить годы жизни Варахамихиры, приходится акцентировать внимание потому, что в ряде астрологических книг по сей день жизнь и деятельность этого выдающегося астролога датируется первым веком до н.э. Подобное расхождение (на целых шесть веков!), разумеется, приводит к серьёзному искажению реальной истории астрологии.

Откуда же взялась традиция относить жизнь Варахамихиры к 1 в. до н.э.? Дело в том, что существует популярная легенда о “девяти драгоценностях” (нава-ратна) Викрама, то есть о девяти выдающихся деятелях науки и искусства, которые работали при дворе великого царя Викрама (или Викрамадитьи). В числе этих девяти называется и Варахамихира. Часто этого царя идентифицируют с легендарным правителем Удджайна, основавшим в 57 г. до н.э. календарь “викрам самват”; отсюда и датировка жизни Варахамихиры первым веком до н.э.

В ряде поздних источников мы даже находим увлекательный рассказ о работе Михиры при дворе Викрамадитьи (см., например: Rao, Suryanarian. Life of Varaha Mihira. 3rd edition. Bangalore, India: IBHP Astrology Series, 1987). Когда у царя родился сын, астролог Михира сделал удивительно детализированное предсказание, что родившийся, к сожалению, умрёт на 18-м году жизни, сражённый вепрем (varaha – “хряк, вепрь”), и даже назвал точный день и час, когда это произойдёт. При этом астролог добавил, что нет никаких способов спасти принца от подобной смерти. Не желая с этим мириться, Викрамадитья построил специальный дворец, окружённый огромными стенами. В указанный день царь отправил своего сына на седьмой, самый верхний этаж этого дворца, запретив ему даже спускаться этажом ниже. Кроме того, царь отдал приказ множеству вооружённых людей постоянно патрулировать вдоль стен дворца и внутри самого здания, чтобы быть уверенным, что внутрь не проникнет даже крыса, не говоря уже о диком вепре. Весь двор, затаив дыхание, ожидал развязки. Царь, весьма удовлетворённый принятыми мерами, призвал к себе астролога и спросил его, продолжает ли он настаивать на том, что принц через несколько часов будет убит вепрем? Но Михира уверенно ответил, что всё исполнится в точности. Тогда Викрамадитья пообещал в присутствии всех придворных, что если это событие действительно случится, то он подарит астрологу того золотого вепря (вараху), который является эмблемой короля и в настоящий момент украшает его корону. И более того, царь наградит астролога титулом “Вараха”, и для всех последующих поколений он тогда станет известен как Вараха Михира.

Но несмотря на все принятые меры, принц умер точно в час, указанный астрологом. Юноша захотел подышать свежим воздухом и вышел на открытую террасу, опоясывающую седьмой этаж здания. В этот момент ударил сильный порыв ветра, и прямо на принца рухнула каменная фигура вепря – королевского символа, украшавшего колонну на этой террасе. Так астролог Варахамихира получил своё имя.

Однако даже если принять эту легенду за достоверную, то однозначной датировки жизни великого астролога первым веком до н.э. она не даёт. История Индии показывает, что Викрамадитья (в переводе на русский – “Солнце доблести”) – это не просто имя одного конкретного царя, а своего рода титул, который неоднократно присваивался самым разным правителям. Викрамадитье посвящены бесчисленные легенды как национальному герою и идеальному правителю. О нём вспоминают как о властелине, изгнавшем иноземных захватчиков. Джавахарлал Неру в своей книге “Открытие Индии” (1944) отмечает, что имя Викрамадитья, подобно имени Цезаря, стало своего рода символом и титулом, и многие правители присоединяли его к своим именам.

Интересно, что именно в 6 в. н.э., когда протекала реальная жизнь Варахамихиры, в Удджайне и его окрестностях правил царь, который с полным правом может быть назван национальным героем, изгнавшим иноземных захватчиков. И Варахамихира действительно мог быть “драгоценностью” при его дворе. Речь идёт о царе Яшодхармане из династии Ауликаров, сыгравшем особую роль в изгнании гуннов-эфталитов. В 530 г. он приказал воздвигнуть две мощные колонны в честь своих побед. В надписи сообщалось, что “власть Яшодхармана простирается над землями от Брахмапутры и Гималаев до Западного океана, охватывая более обширные пространства, чем принадлежавшие Гуптам и гуннам” (История Востока: В 6 тт: Т. 2: Восток в средние века / Отв.ред. Алаев Л.Б., Ашрафян К.З. М., 2000).

Ещё одним предметом споров среди исследователей является происхождение Варахамихиры. Из его произведений очевидно, что Варахамихира был солнцепоклонником, как и его отец, а культ Солнца характерен для иранских народов. Более того, само имя “Михира” даёт основание некоторым учёным считать, что оно происходит от слова “Митра”, то есть от имени древнеиранского солнечного бога. Вараха (“вепрь”) в сочетании с Митрой (Солнцем) тоже вызывает ассоциации из древнеиранской мифологии (так, в Зенд-Авесте сияющий вепрь связывается с Солнцем). Поэтому ряд учёных уверенно называют Варахамихиру “мага-брахманом”, то есть жрецом древнеиранской религии (см., например: Biswas, Dilip Kumar. The Maga ancestry of Varahamihira // Indian Historical Quarterly, Vol. 25 (1949), pp. 175-183). Вместе с тем, из работ Варахамихиры очевидно его глубокое проникновение в ведическое учение, поэтому другие исследователи называют его брамином – сторонником Вед. Представители этой точки зрения отмечают, что и в ведической традиции солнечным божествам уделяется немалое внимание, и потому постулировать иранское влияние на Варахамихиру не обязательно.

О личной жизни учёного сведений сохранилось мало. По крайней мере, известно, что он был женат и что семейная преемственность знаний на нём не прервалась. Его сын Притхуяшас тоже вошёл в историю как известный астролог и автор астрологических трактатов. Некоторые источники сообщают, что Варахамихира много путешествовал и даже побывал в Греции, но достоверность таких сообщений сомнительна.

Характерно, что своему сыну учёный передал прежде всего знание астрологии. Именно астрология стала предметом наибольшего увлечения Варахамихиры, хотя его познания были поистине энциклопедичны, они охватывали самые разные дисциплины, от ботаники до строительного дела, от теории искусства до математики (особенно весом его вклад в развитие математической астрономии и тригонометрии). И конечно, следует отметить поэтический дар Варахамихиры.

Варахамихира был плодовитым автором, написавшим трактаты по всем трём традиционным областям индийской астрологии. В области ганиты (астрономического базиса астрологии) он написал большой компилятивный труд “Панча-сиддхантика” (в этой работе проводится детальный обзор пяти древних систем астрономических расчётов). В области самхиты (мунданной астрологии предзнаменований) им был создан знаменитый трактат “Брихат-самхита”, а также, как считают некоторые исследователи, более краткая “Самаша-самхита”, не дошедшая до наших дней. Наконец, в области хоры (астрологии гороскопов) Варахамихире принадлежат труды “Брихат-джатака” (“Большая книга о рождениях”) и “Лагху-джатака” (“Краткая книга о рождениях”). Кроме того, он сочинил три работы по военной астрологии (“Брихад-ятра”, “Тиканика-ятра” и “Йога-ятра”) и считается автором свода правил брачной и хорарной астрологии “Виваха патала”. Ему приписывается ещё несколько работ, но их авторство сомнительно.

Из всех сочинений знаменитого астролога его последователи с наибольшим уважением и, без преувеличения можно сказать, трепетом относятся к “Брихат-джатаке” – “Большой книге о рождениях”. Это действительно ключевая работа, посвящённая анализу индивидуальных гороскопов. Её авторитет может быть сравним разве что с “Хора-шастрой” легендарного мудреца Парашары (см. Брихат-Парашара-Хора-Шастра. В 2-х тт. / Пер. с англ. А.Кузнецова. – Донецк: ООО "Лебедь", 2002-2005). И как раз в этом пункте есть существенный нюанс: традиционно индийские астрологи считали, что Варахамихира – один из крупнейших последователей астрологической системы, которая была изложена Парашарой за сотни и тысячи лет до н.э. Однако современные исследования показывают, что “Хора-шастра” была в действительности написана после работ Варахамихиры, ориентировочно в 7 в. н.э. На это указывает, в частности, тот факт, что в “Хора-шастре” использованы отдельные стихи из “Брихат-джатаки” Варахамихиры. Кроме того, излишне древняя датировка “Хора-шастры” опровергается астрономическими расчётами, приводимыми в самом этом трактате. Например, правила расчёта скорости восхождения зодиакальных знаков (Гл. 5, ст. 10-13) подразумевают нахождение точки весеннего равноденствия близ границы сидерических знаков Рыб и Овна, что справедливо для 2-й пол. I тыс. до н.э. – I тыс. н.э. (точно на границе знаков точка весны была во 2-3 вв. н.э.). А недвусмысленное указание на то, что для получения долготы Солнца в тропическом Зодиаке необходимо добавить айанамшу (поправку) к сидерической долготе Солнца (Гл. 5, ст. 14), однозначно свидетельствует, что трактат был создан после 2 в. н.э. Как отмечает известный американский учёный Д.Пингри, в “Хора-шастре” для отсчёта айанамши используется эпоха 444 г. Сака (522 г. н.э.), и потому эта работа должна быть датирована позднее примерно 600 г.н.э. Первые ссылки на “Хора-шастру” Парашары и цитаты из неё встречаются у индийских астрологов второй половины 8 в. – первой половины 9 в. н.э. (у Кальянавармана и Говиндасвамина). Это и приводит нас к датировке “Хора-шастры” 7-м веком или первой половиной 8-го века н.э. (см. The Yavanaj?taka of Sphujidhvaja / Edited, translated and commented on by David Pingree. Vol. II. Cambridge; London: Harvard University Press, 1978. P. 448).

Ганеша

 

 

 

 

 

 

 

 

Вообще, подобные серьёзные расхождения между традиционными представлениями об истории индийской астрологии и научными датировками весьма характерны. Ведь для индийцев астрология – не просто область знания, это одна из священных шастр, обязанная своим появлением божественному вдохновению, которое озаряло легендарных мудрецов седой древности. Поэтому нет ничего удивительного в стремлении индийских астрологов всеми возможными способами подчёркивать огромный возраст текстов джьотиша и их независимость от астрологических концепций других регионов мира. Однако в реальности индийская астрология всегда была тесно переплетена с астрологическими традициями других народов Старого Света, и древность истории джьотиша вполне соизмерима с возрастом западной астрологии.

Если говорить о гороскопической астрологии, которой посвящена “Брихат-джатака” Варахамихиры, то эта отрасль астрологии зародилась на Ближнем Востоке. Самые древние известные гороскопы происходят из Вавилона и датируются концом 5 в до н.э. Кстати, сама идея о том, что момент рождения человека содержит в себе информацию о всей жизни рождённого, вовсе не была очевидной и обязательной для астрологов древности. К тому времени, как появились первые гороскопы, фиксирующие расположение планет в момент рождения человека, астрология существовала уже сотни и тысячи лет. Но это была, прежде всего, астрология предзнаменований, которая воспринимала небесные явления как послания богов, касающиеся текущих событий. Посредством затмений, планетных движений, появления комет и новых звёзд боги сообщали людям о своей милости или о своём гневе – но это никак не соотносилось с датами рождения людей. Классические примеры трактовки подобных предзнаменований могут быть найдены в “Энума Ану Энлиль”, обширном клинописном компендиуме астрологии Древнего Двуречья. Лишь в эпоху персидского господства в вавилонской астрологии появляется идея о значимости моментов зачатия и рождения конкретного человека (возможно, под влиянием концепций зороастризма – религии Древней Персии). Первые вавилонские “гороскопы” фиксировали лишь положение планет в Зодиаке, и понадобилось ещё несколько веков, прежде чем возникли гороскопы в полном смысле этого слова – то есть карты, фиксирующие расположение светил на небесной сфере в конкретном месте в конкретный час. Это произошло в эллинистическом Египте примерно во 2 в. до н.э., когда концепция Зодиака была дополнена концепцией домов гороскопа. Начиная с 1 в. до н.э., гороскопическая астрология начала стремительно обретать популярность на территории всей Римской империи и во всём грекоговорящем мире, а через переводы с греческого – и в других регионах Старого Света, включая Индию.

Ещё со времён походов Александра Македонского (4 в. до н.э.) на территории Индии начали появляться люди, говорившие по-гречески. И с этого же времени началась история греческих государств на территории Индии. Но особенно активные контакты между индийцами и грекоговорящими народами начались со 2 в. до н.э., когда царь Бактрии Деметрий завоевал долину Инда и обрёл контроль над северо-западной Индией (см., в частности, исследования Tarn W.W. The Greeks in Bactria and India. Cambridge: Cambridge University Press, 1951 (reprint: New Delhi, 1980) и Narain A.K. The Indo-Greeks. Oxford: Clarendon Press, 1957. 4th ed.: New Delhi, 2003).

Греческие царства в Индии не были долговечными, и постепенно бактрийские греки ассимилировались с местным населением. Однако во 2 – 4 веках н.э. они ещё существовали как особые этнические группы. Именно эти греки, называемые в Индии “яванами” (т.е. ионийцами), стали связующим звеном между эллинистической и индийской астрологическими традициями. В середине 2 в. н.э. на санскрит было переведено как минимум две фундаментальные работы астрологов эллинистического Египта. Одна из этих работ легла в основу обширного астрологического трактата, написанного в 149/150 г. Яванешварой. Его имя буквально переводится как “господин греков” и, по сути, является не именем, а обозначением должности главы греческих купцов-колонистов. Помимо перевода концепций александрийских астрологов, Яванешвара включил в трактат ряд чисто индийских элементов: рассуждения о кастовой системе, принципы аюрведы, – а также изложил греческую адаптацию вавилонской планетной теории.

Хотя само сочинение Яванешвары не сохранилось, до наших дней дошло его стихотворное переложение, сделанное в 269/270 г. Спхуджидхваджей и озаглавленное “Явана-джатака” (“Греческое учение о рождениях”).

В это же время (3 в.) греческие концепции развивал ещё один астролог, Сатья (Сатьячарья), сочинения которого, к сожалению, не дошли до нашего времени, но мы можем судить о его разработках по трактатам его последователей. Ключевую роль среди этих последователей имеет Минараджа, живший в начале 4 в. н.э. в Западной Индии. Несмотря на то, что Минараджа занимал важную должность (“яванадхираджа”) среди греческих купцов – поселенцев в Индии, сам он, видимо, был по происхождению не греком, а скифом. Минараджа является автором большого астрологического трактата в 71 главе “Вриддха-явана-джатака”, который базируется на концепциях Яванешвары, Спхуджидхваджи и Сатьи и как бы подытоживает достижения “индийских греков” (“яван”) в области гороскопической астрологии.

Сложно переоценить величину вклада этих астрологов в развитие индийской астрологии. Огромное количество астрологических концепций и методик впервые было сформулировано и апробировано именно ими. Достаточно сказать, что “Явана-джатака” является самым ранним историческим источником в Индии, в котором зафиксировано использование 12-знакового Зодиака и круга домов. В этом же трактате впервые описываются и используются особые деления зодиакального круга – варги (навамша, саптамша и пр.), составляющие уникальную особенность индийской астрологии последующих эпох.

Таким образом, к эпохе Варахамихиры существовала сложившаяся “греческая традиция” индийской астрологии, с которой автор “Брихат-джатаки” был прекрасно знаком. Методики работы с гороскопами, пришедшие из греческой астрологии в первые века н.э., трансмутировали на благодатной индийской почве в оригинальную систему, и роль Варахамихиры в этом процессе “оттачивания” и улучшения астрологических методик трудно переоценить. Несмотря на многочисленные отсылки на работы греков, Варахамихира выказывает критичное отношение к их концепциям, сопоставляет их подходы с подходами других индийских астрологов, не принадлежащих к школе “явана”, а в ряде случаев, не соглашаясь с мнениями предшественников, излагает собственный оригинальный взгляд на те или иные особенности толкования гороскопов. И характерно, что для астрологов последующих поколений именно точка зрения Варахамихиры обычно становилась определяющей. Таким образом, его сочинения являются квинтэссенцией того этапа в истории индийской астрологии гороскопов, когда были созданы каноны данной дисциплины. И в этом плане значение Варахамихиры для индийской астрологии сравнимо со значением Птолемея для астрологии западной.

Статус столпа индийской астрологии был закреплён за Варахамихирой его последователями и комментаторами. Первым из них был его сын Притхуяшас, автор сохранявшего популярность на протяжении веков трактата по хорарной астрологии “Шат-панчасика” (ок. 575). Ему также приписывается работа по натальной астрологии “Хора-шара”; однако самое раннее её упоминание относится к середине 14 в., а самый ранний манускрипт датирован 1583 г., и потому её автора нередко помечают как псевдо-Притхуяшас.

Ещё одна важная фигура в истории джьотиша – Кальянаварман (рубеж 8–9 вв.), поставивший своей целью написать разъяснение к “Брихат-джатаке” Варахамихиры, и это вдумчивая работа (“Саравали”) вскоре сама по себе была признана классическим трудом.

Но среди всех комментариев, продолжений и разъяснений более поздних авторов, безусловно, выделяются комментарии Бхаттотпалы (Утпалы) к пяти астрологическим трудам Варахамихиры: к "Брихат-джатаке" (закончены в 966 г.), "Брихат-самхите" (967), "Лагху-джатаке", "Брихад-ятре" и "Йога-ятре". Перу “великого комментатора”, как нередко называют Бхаттотпалу в Индии, принадлежат и разъяснения к “Шат-панчасике” Притхуяшаса.

Таким образом, корпусу сочинений Варахамихиры и основных комментариев к ним уже более тысячи лет. И на протяжении всего этого времени данный корпус сохранял своё фундаментальное значение для индийских астрологов. Характерно, что когда в последние десятилетия 19 в. интерес к джьотишу начал проникать в страны Запада, “Брихат-джатака” была в числе первых работ, переведённых на европейские языки. Вслед за первым английским переводом 1883 г. последовало ещё несколько, однако на русский язык ни “Брихат-джатака”, ни другие трактаты Варахамихиры до сих пор не переводились.

Предлагаемый ниже русский прозаический перевод "Брихат-джатаки" сделан по английскому переводу, осуществлённому в 1908 – 1917 гг. Бангалором Сурьянараином Рао (1856 – 1937), основателем известного во всём мире журнала по индийской астрологии "The Astrological Magazine". Его перевод был впервые опубликован в 1918 г. и с тех пор неоднократно переиздавался (2-е изд. 1921; 3-е изд. 1948; 4-е изд. 1957; 5-е изд. 1986).

При подготовке русской версии трактата переводчик стремился избежать злоупотребления санскритской терминологией, по возможности находя русские эквиваленты и тем словам, которые оставались непереведёнными в английском тексте Б.С.Рао. При составлении комментариев, прежде всего, были использованы: “Явана-джатака” Спхуджидхваджи (270 н.э.), “Брихат-Парашара Хора-шастра” (7-8 вв.), трактат Кальянавармана “Саравали” (конец 8 – первая пол. 9 в.), толкования Бхаттотпалы (966), трактат (псевдо-)Притхуяшаса “Хора-шара”, “Самхита-скандха” Нарада-пураны, разъяснения Бангалора Сурьянараина Рао (1917), книга Бангалора Венкаты Рамана “Триста важных комбинаций” (1978) и исследования современного американского историка науки Дэвида Пингри.

 

 



 

    Заказать книгу в Интернет-магазине издательства

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Данная книга рассчитана на широкий круг читателей, в том числе на тех, кто знаком с основами западной астрологии, но не имеет практически никаких сведений о джьотише, индийской астрологии. Поэтому будут уместными несколько вводных пояснений.

Варахамихира, как и большинство классиков джьотиша, вслед за греко-египетскими астрологами пользовался системой домов, в которой границы домов и знаков совпадают. Весь восходящий знак (то есть знак Зодиака, содержащий Асцендент, точку пересечения эклиптики с восточным горизонтом) считается 1-м домом, весь следующий знак – 2-м домом и т.д. Так, если Асцендент в Раке, то весь знак Рака – это 1-й дом, знак Льва – 2-й дом, знак Девы – 3-й дом… наконец, весь знак Близнецов – 12-й дом. Эта система домов (известная в современной литературе под названиями “система целых знаков”, “система знак – дом” и “полнознаковая система”) считается первой в истории системой домов. Современные учёные сходятся в том, что она была создана астрологами эллинистического Египта примерно во 2 в. до н.э. Индийские астрологи заимствовали концепцию домов у греко-египетских коллег именно в таком первоначальном виде (первое использование домов гороскопа в индийской астрологии зафиксировано во 2 в. н.э.). И в то время, как последующие поколения эллинистических (а вслед за ними и арабских) астрологов экспериментировали с новыми модификациями систем домов, индийские астрологи в массе своей продолжали придерживаться изначального подхода изобретателей концепции домов. Система целых знаков осталась в Индии доминирующей вплоть до наших дней.

В связи с этим важно отметить, что индийская астрология сохранила одну характерную особенность античной терминологии. А именно: если в современной западной астрологии понятия “дом” и “обитель” различаются по смыслу, то изначально, в античной астрологии, которая оперировала системой “знак – дом”, это был один и тот же термин. Поскольку дома совпадают по размерам с зодиакальными знаками, то планета, управляющая определённым знаком, всегда, без каких-либо исключений, одновременно является и управителем дома, находящегося в этом знаке. Поэтому выражения “планета в своём доме” и “планета в своей обители” при использовании такой системы домов синонимичны.

Но есть один нюанс: когда индийские астрологи говорят не о том, какая планета управляет знаком в целом, а исследуют положение планеты в обители как конкретное достоинство, возникает особая ситуация, которой нет аналога в античной и современной западной астрологии. Дело в том, что зодиакальный знак, в котором находится обитель планеты, может также являться местом её другого достоинства – мулатриконы. Тогда не весь знак, а лишь его определённая часть будет считаться обителью данной планеты, а остальная часть знака будет считаться мулатриконой (см. комментарий к Гл.1, ст. 14). Однако на определение управителей домов это различие никак не влияет.

В индийской астрологии точкой отсчёта домов/знаков может быть не только восходящий знак, но и любая планета (вернее, знак, содержащий эту планету). При этом, в оригинальном тексте Варахамихиры слово “дом” (или “знак”) после числительного нередко опускается (в нашем переводе эти пропуски заполнены). Скажем, когда речь идёт о планете “в 5-м от Луны”, имеется в виду расположение указанной планеты в пятом знаке (или, что то же самое, в пятом доме), считая от знака, занимаемого Луной. Причём сам знак Луны считается первым. Таким образом, выражение “планета в 1-м от другой планеты” обозначает расположение обеих планет в одном и том же доме, а выражение “планета в 7-м доме от другой планеты” обозначает их расположение в противоположных знаках. Если точка отсчёта не указана (например, “Венера в 3-м” или “Солнце в 10-м”), то подразумеваются дома, отсчитанные от Асцендента.

Ещё одна особенность: если в современной западной астрологии “знаком рождения” называется знак, который при рождении занимало Солнце, то в джьотише так называется восходящий знак. Соответственно, под “управителем рождения” индийцы подразумевают планету, управляющую Асцендентом. Во избежание путаницы и недопониманий в переводе “Брихат-джатаки” в подобном контексте вместо “рождения” используются термины “восходящий знак” или “Асцендент”.

Остальные нюансы астрологической системы, излагаемой Варахамихирой, разъяснены в комментариях.



 

 

 

 

© ARGO: любое использование текстовых, аудио-, фото- и видео- материалов www.argo-school.ru возможно только после достигнутой договоренности с дирекцией ARGO.

 



   
© 1995-2016, ARGO: любое использвание текстовых, аудио-, фото- и
видеоматериалов www.argo-school.ru возможно только после достигнутой
договоренности с руководством ARGO.