Клавдий Птолемей. Математический трактат в четырёх книгах. Книга I. Главы 1-3

 

 

 
 
 
Клавдий ПТОЛЕМЕЙ  (ок. 100 - ок. 165) - выдающийся астролог, ученый универсальных познаний — астроном, математик и географ. О его жизни и деятельности нет никаких упоминаний у историков его эпохи. Зато ему повезло в посмертной славе: почти все его основные астрологические сочинения сохранились и были высоко оценены потомками, в том числе современными астрологами. Религиозные фанатики и жестокие завоеватели, огнем и мечом уничтожавшие астрологические сочинения, не осмелились посягнуть на “Тетрабиблос” Птолемея — энциклопедию древней астрологии. Создавая эту книгу, Птолемей пользовался множеством не дошедших до нас источников, благо у него под руками была богатейшая Александрийская библиотека, уничтоженная в 390 г. фанатичной чернью под предводительством христианского патриарха Феофила.


Птолемей не только талантливый компилятор, но и вдумчивый ученый, критически рассмотревший древний опыт, очистивший его от легендарных наслоений и по существу заново разработавший ряд основных направлений в астрологии, таких, как теория астрологической совместимости (синастрии) и многофакторный расчет эфемерид. Птолемеевыми таблицами расчета эфемерид можно пользоваться и сегодня: ошибка даже в расчете движения Луны не превышает 7-8 градусов! Птолемей заложил основы научной астрологии во всей ее широте — от натуральной, изучающей ритмику природных явлений, до мунданной (ныне политической), исследующей развитие государств и народов.

“Тетрабиблос” написан Птолемеем около 151 г. В этой библии астрологии автор избегал мистических построений и везде, где это было возможно, подводит естественно-научную базу в объеме представлений своего времени. Птолемей навел порядок в хаосе различных астрологических систем и оставил потомкам стройную композицию “макрокосм в микрокосме” — теорию органической взаимосвязи и теснейшего взаимопроникновения космических и земных начал в затейливой пряже нашей жизни. 

В IX веке стараниями кастильского короля Альфонса Х “Тетрабиблос” переведен на латинский язык. В 1484 г. в Венеции Ратдольт выпустил его первое печатное издание. На греческом это сочинение Птолемея издано в 1525 г. в Нюрнберге. В 1551 г. оно вошло в собрание сочинений Птолемея, изданное в Базеле под редакцией Э.Шреккенфукса. К настоящему времени известно более 100 изданий "Тетрабиблоса".

О Птолемее-астрономе можно прочесть в книге В.А.Бронштэна “Клавдий Птолемей” (М.: Наука, 1988).
 
 
 
 
 
 
"Тетрабиблос"

КНИГА 1



1. Введение

Из всех способов предсказания с помощью астрономии, о Сирус*1, два являются наиболее важными и значительными. Один из них, стоящий первым*2 как по порядку, так и по значимости, есть то, посредством чего мы постигаем аспекты Солнца, Луны и звёзд относительно друг друга и относительно Земли, как они возникают время от времени; второй есть то, посредством чего мы, исходя из природы самих аспектов, исследуем изменения, вызываемые ими в том, что они охватывают. Первый, имеющий собственную методику и представляющий интерес сам по себе, хотя и не позволяющий достичь того, что он даёт в сочетании со вторым способом, был по мере возможностей изложен нами в специальном трактате*3 методом доказательств. А теперь изложим второй, не столь самодостаточный, метод на философский манер, дабы тот, кто стремится познать истину, никогда не стал бы проводить параллель между эмпирикой этого метода и надёжностью первой, неизменной области знания, ибо [стремящийся к истине] относит на счет этого метода неопределённость и непредсказуемость материальных свойств, обнаруживаемых в частных явлениях*4 и, в то же время, не может удержаться от исследований, проводимых с его помощью, насколько они доступны в пределах возможного, хотя вполне ясно, что большинство событий общего характера восходят своими причинами к объемлющим всё небесам. Но поскольку всё, что достигается с большим трудом, легко подвергается нападкам большинства людей, а в случае двух вышеупомянутых методов обвинения против первого могут выдвигаться только слепым, тогда как для нападок на второй благовидных предлогов предостаточно*5 — трудность восприятия отдельных мест заставляет многих думать о полной невозможности его постижения, а неспособность отказа от хорошо известного*6 порождает даже уничижительные отзывы о его предмете как о бесполезном — мы попытаемся кратко рассмотреть степень как возможности, так и пользы подобного предсказания до того, как предложить более подробное рассмотрение материала. Начнём с возможности предсказания.



ПРИМЕЧАНИЯ:



*1. С обращения к Сирусу начинается и "Альмагест" Птолемея: "Истинные философы, Сирус, были, как я полагаю, совершенно правы, отличая теоретическую часть философии от её практической части". Некоторые авторы склонны считать, что Сирус - лицо историческое.  Однако автор современного английского перевода Тумер, ссылаясь на то, что обращение к конкретному лицу было обычным для древних авторов, не исключает, что Сирус может быть вымышленным персонажем. Обращение Птолемея к Сирусу дало некоторым переписчикам основание назвать "Четверокнижие" "Искусством предсказаний для Сируса".

*2. То есть собственно астрономия.

*3. Имеется в виду "Альмагест".

*4. Здесь Птолемей, следуя Аристотелю, противопоставляет бренность и непредсказуемую изменчивость материальных объектов подлунного мира четырёх элементов неизменности и совершенству небесных тел, обращающихся по круговым орбитам в надлунном мире квинтэссенции.

*5. Имеется в виду резкая критика астрологии со стороны Новой Академии, начиная с Карнеада Киренского (2 в. до н.э.). Свои аргументы в защиту астрологии (которые приведены в двух последующих главах) Птолемей заимствует главным образом у стоика Посидония (ок. 135 - 50 до н.э.).

*6. Прокл Диадох (V в.) трактует данное место следующим образом: "...трудности сохранения в памяти того, что было изучено". Однако, очевидно, имеется в виду тема, обсуждаемая в 3-й главе.

 






2. О том, как и насколько достижимо знание астрономическими методами


Всего лишь несколько соображений понадобится для доказательства каждому того факта, что некая сила, исходящая из вечного эфирного вещества*9, распределена повсюду и пронизывает всю область вокруг Земли, которая тем самым подвергается изменениям, поскольку такие первичные подлунные элементы, как воздух и огонь, подвержены влиянию движения эфира и, в свою очередь, вызывают изменения во всём остальном: в суше, воде и обитающих там растениях и животных. Солнце вместе с окружением всегда оказывает тем или иным способом влияния на всё, что ни есть на Земле; это происходит не только посредством изменений, которыми сопровождаются  времена года, вызывая рождение нового поколения животных, плодоношение растений, течения вод и изменения тел, но и посредством своего ежедневного обращения, порождающего регулярное чередование тепла, влажности, сухости и холода в зависимости от своего положения относительно зенита. Также и Луна, как ближайшее к Земле небесное тело, оказывает сильнейшее влияние на всё земное, ибо большинство земных предметов, одушевлённых и неодушевлённых, исполнено симпатии к Луне и изменяется вместе с ней: реки ускоряют или замедляют свой бег под воздействием ее лучей; моря чередуют приливы и отливы в зависимости от её восходов и заходов; а растения и животные полностью или какой-то своей частью прибывают и идут на убыль вместе с ней. Более того, перемещения неподвижных звёзд и планет по небу часто указывают на жаркое, ветреное или снежное состояние воздуха, что оказывает соответствующее воздействие на земные предметы. Аспекты светил относительно друг друга посредством сочетания и смешения их воздействий также приносят немало сложных изменений. Ибо хотя сила Солнца преобладает в общем управлении качеством, другие небесные тела оказывают помощь или противостоят ей в частных деталях; Луна делает это наиболее очевидно и непрестанно - например, когда она новая, полная или в четверти, - а звёзды*10 через более продолжительные промежутки и менее явно, то есть при их восходах, заходах и сближениях*11. Если ко всем этим материям подходить с такой точки зрения, то все согласятся с вытекающим отсюда следствием, по которому не только предметы, уже явленные, должны так и иначе испытывать влияние небесных тел, но и подобным же образом ростки семян и завязь должны облекаться в форму, соответствующую тому, что происходит с течением времени в небесах. Наиболее наблюдательные земледельцы и скотоводы предсказывают по ветрам, господствующим в момент оплодотворения животных и сева семян, что из этого получится*12; и в общем случае мы видим, что наиболее значимые последствия, соответствующие наиболее очевидным конфигурациям Солнца, Луны и звезд, обычно известны заранее даже тем, кто пытается предсказать будущее не научными средствами, а только исходя из своего опыта. То, что является следствием действия более мощных сил и более простых природных законов, например, ежегодной смены времен года или направлений ветров, воспринимается очень невежественными людьми и, более того, даже бессловесными тварями, ибо в основе таких явлений лежит действие Солнца. Менее общие явления известны тем, кто в силу необходимости вынужден проводить наблюдения. Например, мореплаватели знают особые признаки надвигающихся штормов и ветров, периодически возникающих под влиянием аспектов Луны и неподвижных звёзд относительно Солнца. Но из-за недостатка образованности они не могут точно определить время и место этих явлений, равно как и периодичность движения планет, оказывающих сильное влияние на наблюдаемые явления, и потому нередко ошибаются. Если же человек настолько хорошо знает движения всех звезд, Солнца и Луны, что от его внимания не ускользнёт ни место, ни время каждой из их конфигураций, если он научился различать их природу в процессе длительного изучения (хотя, возможно, усматриваемое им различие затрагивает не существенные, а лишь наблюдаемые качества, такие как, жар, исходящий от Солнца, или влажность от Луны и так далее), и если он в силах определить на основании всех этих данных как научным путем, так и с помощью логических умозаключений, отличительный признак качества, являющегося результатом сочетания всех этих факторов, то что может помешать этому человеку, исходя из взаимосвязей явлений, охарактеризовать в каждом конкретном случае состояние воздуха и предсказать, например, что он будет теплее или более влажным? Почему бы ему также не постичь основное качество темперамента какого-то человека на основании того, что окружало того в момент рождения, то есть, что он, например, имеет такое-то и такое-то тело и такие-то, такие-то душевные свойства, а также не предсказать некоторые события, используя тот факт, что такое-то и такое-то окружение соответствует такому-то и такому-то темпераменту и способствует процветанию, тогда как другое не является столь же подходящим и предрасполагает к потерям? Но довольно об этом, ибо возможность такого знания должна быть вполне понятна из приведённых и подобных им аргументов.

Последующие соображения позволяют прийти к выводу, что бросаемые науке упрёки в неспособности к предсказанию, хотя и звучат вполне правдоподобно, лишены оснований. И здесь прежде всего ошибки тех, кто в своей практике не слишком строго следует наставлениям, - а также многое другое, противоречащее тому, что следовало бы ожидать от столь важного и многостороннего искусства, - привели ко всеобщему убеждению, что даже сбывшиеся предсказания зависят от случая, а это неверно. Ибо такого рода случаи свидетельствуют о бессилии, но не самой науки, а тех, кто ее практикует. Кроме того, многие, ради корысти, исповедуют под тем же названием иное искусство*13 и вводят в заблуждение простаков, утверждая, что могут предсказать даже те явления, о которых просто невозможно знать заранее, тогда как более думающим людям они предоставляют случай высказывать неблагоприятное суждение и о тех предметах, которые в действительности являются предсказуемыми. Безусловно, это незаслуженно. Ведь то же самое происходит и с философией — не следует упразднять ее лишь на том основании, что на звание философа претендуют несколько явных мошенников. Тем не менее, ясно, что даже тот, кто подходит к астрологии, глубоко проникнувшись духом исследования и следуя правилам, может ошибаться, не в силу уже указанных причин, а из-за глубинной сущности явления и своей личной слабости по сравнению с величием того, чем он занимается. Ибо помимо того, что любая наука, имеющая дело с качеством рассматриваемого ею предмета, носит предположительный характер и ничто утверждаемое ею не абсолютно (особенно если наука состоит из множества разнородных элементов), совершенно верным является и то, что конфигурации планет в древности*14, на основании которых мы приписываем аналогичным аспектам те же действия, что наблюдались астрологами прошлого, могут в большей или меньшей степени быть подобны современной картине по прошествии длительного периода времени; однако они не будут идентичными, поскольку возврат всех небесных тел и Земли в точно то же самое положение, если человек не одержим тщеславным представлением о своей способности постигать и знать непознаваемое, либо не происходит вообще никогда, либо случается в период времени, выпадающий за рамки человеческого опыта*15. Именно поэтому предсказания иногда оказываются неверными, то есть причина заключена в несоответствии примеров, на которых они основываются. Применительно же к атмосферным явлениям, единственная трудность состоит в том, что ничто другое, кроме движения небесных тел, в расчёт здесь не принимается. Однако при исследовании, касающемся гороскопа и темперамента отдельной личности, можно легко проследить, что существуют обстоятельства не меньшей важности и отнюдь не пустякового характера; они-то в совокупности и определяют качества рождённых. Ибо различия в семени оказывают огромное влияние на отличительные черты рода, поскольку даже при одинаковом окружении и небосклоне каждое семя стремится выразить присущую ему форму, например, человека, лошади и так далее; места рождения вызывают немалые изменения в том, что появляется. Так при семени, принадлежащем одному роду, например, человеческому, и одинаковых условиях окружения, те, кто приходит в мир, сильно отличаются друг от друга как в смысле тела, так и души, в зависимости от страны, где они родились*16. Более того, даже если все упомянутые выше условия одинаковы, то воспитание и обычаи оказывают особое влияние на образ жизни. Если каждую из указанных выше вещей не изучать вкупе с причинами, обусловленными окружающим, хотя и считается, что последнее имеет самое большое влияние (окружение — одна из причин, заставляющих эти явления быть тем, что они есть, не оказывая, в свою очередь на него никакого воздействия), они могут стать значительной помехой для тех, кто верит, что в подобных случаях все может быть постигнуто лишь на основании движения небесных тел, включая даже то, что совсем не входит в сферу его влияния.

Но коль скоро это так, нам не следует отвергать все подобные предсказания по той лишь причине, что они иногда бывают неверными; мы ведь не подвергаем сомнению искусство составления лоцманской карты из-за содержащихся в ней ошибок; но когда претендуют на многое и тем более на пророчества, мы должны радоваться всему, что возможно, и считать, что этого достаточно. Не следует также слепо и по свойственному людям обыкновению требовать от этого искусства всего сразу, а надо постараться оценить его красоту даже в тех случаях, когда не удалось получить исчерпывающий ответ. И точно также, как мы не обвиняем врачей в том, что они принимают во внимание как саму болезнь, так и особенности осматриваемого пациента, мы не должны протестовать против использования астрологами в качестве основы для выводов таких особенностей как национальность, страна, воспитание и прочих имеющихся второстепенных черт.

 

ПРИМЕЧАНИЯ: 

*9. Эфир, или пятый элемент (квинтэссенция), противопоставляется другим четырём элементам - огне, земле, воздуху и воде; это доктрина Аристотеля.

*10. Очевидно, что под звёздами здесь подразумеваются, главным образом, планеты, а под восходами и заходами - гелиакические восходы и заходы.

*11. Ю.Данилов в своём переводе придаёт этому предложению совсем иной смысл: "в новолунии, в первой четверти или в полнолунии звёзды видны на больших расстояниях друг от друга и кажутся менее яркими, чем при их восходах, заходах и сближениях".

*12. Этот фрагмент перекликается со следующей фразой Цицерона из его сочинения "О предсказании": "Многие врачи, многие управители, землепашцы многое предчувствуют" .

*13. Дж.Кардано приводит ряд примеров этого, ссылаясь, среди прочего, на геомантов, строящих сложнейшие предсказания лишь на том, что человек родился в определённый день недели или месяца, на арифмологов (нумерологов), предсказывающих будущее, подсчитывая численные эквиваленты букв, образующих имя человека, и т.д.

*14. Явная ссылка на многовековые наблюдения месопотамских астрологов (халдеев). Некоторые древние авторы даже утверждали, что наблюдения халдейских астрологов охватывали период до 720 000 лет.

*15. Имеется в виду концепция отдельных пифагорейцев и стоиков о Великом годе - гигантском периоде времени, спустя который все земные события начинают повторяться.

*16. Проблемы астрологической этнологии Птолемей расматривает в первых трёх главах второй книги, а в 10-й главе четвёртой книги он подчёркивает, что во всех случаях рождения такие общие соображения, как национальность и возраст, преобладают над более частными вопросами.




 3. О том, насколько предсказание полезно




В несколько упрощенной и краткой форме мы рассмотрели, как можно осуществить предсказание с помощью астрономии, а также показали, что оно не может идти дальше событий, происходящих в окружающем, и их последствий для человека, другими словами, предсказание касается способностей и видов деятельности, которыми наделены от рождения душа и тело, приключающихся время от времени болезней, их продолжительности - длительности или быстротечности - и, кроме того, всех внешних обстоятельств, имеющих естественную связь с тем, что нам даровано от природы - собственностью и браком в случае тела, почестями и знаками достоинства в случае души, - и, наконец, оно имеет отношение ко всему, что происходит с ними время от времени. Далее мы намереваемся выяснить в общих чертах полезность такого подхода, прежде всего уточнив, в каком смысле и до каких пределов надлежит понимать здесь слово «польза». Если мы обратимся к душевным качествам, то что может быть более полезным для процветания, радости и общего удовлетворения, нежели такое предсказание, с помощью которого мы обретаем полное представление ох человеческом и божественном? А если мы направим внимание на пользу для тела, то подобное знание, лучше чем что-либо другое, даст почувствовать, что является подходящим и целесообразным для потенциальных возможностей каждого темперамента. Однако, если предсказание не помогает в приобретении богатства, славы и тому подобного, мы получаем возможность сказать то же самое и о всей философии, поскольку она не способна самостоятельно обеспечить ни одну их этих вещей. Но это не даёт оснований порицать философию или искусство предсказания, и закрывать глаза на их сильные стороны.

При общем рассмотрении выясняется, что те, кто сомневается в полезности предсказаний, не учитывают самого главного и только по одной причине, ибо считают, что знать заранее о событиях, которые и так случатся в будущем, излишне; это утверждение необоснованно и не свидетельствует о проницательности тех, кто его разделяет. Ибо не следует забывать о том, что даже в случае событий, которые обязательно произойдут, их неожиданность может вызвать чрезмерную панику или неуёмную радость, тогда как предвидение успокаивает, приучает душу к мысли об отдалённых событиях, как если бы те последние происходили сейчас, приготовляет её, и та спокойно и уверенно приемлет всё, что ни происходит. Во-вторых, нам не следует полагать, что отдельные события, ниспосылаемые небесами человеческому роду, развёртываются так, как если бы они были изначально предписаны каждому человеку по некоему окончательному божественному приказу и должны неотвратимо произойти без возможности вмешательства какой-либо силы. Правильнее было бы утверждать, что движение небесных тел всегда происходит в соответствии с божественным и неизменным предначертанием, тогда как удел земных вещей - естественное и изменчивое развитие, которое, будучи обусловлено причинами свыше, управляется случаем и естественной последовательностью. Более того, многое случается с человеческим родом в силу обстоятельств более общего характера, а не вследствие личной, природной предрасположенности индивидуума. В качестве примера можно указать гибель большого числа людей при пожарах, эпидемиях оспы или катаклизмах, которые вызывают чудовищные и неизбежные изменениями в окружающем, ибо меньшая причина всегда уступает большей и сильнейшей. Другие происшествия согласуются с природным темпераментом человека посредством незначительного и случайного восприятия окружающего. Таким образом, при проведении этого различия становится ясно, что если любое событие как в целом, так и в частном, зависит от первопричины, которая непреоборима и более сильна, чем всё противостоящее ей, то оно непременно свершится. Наоборот, событий иного рода при наличии противодействующих сил легко избежать, при отсутствии же противодействия они, безусловно, будут развиваться согласно предписанному изначально пути, однако это будет происходить в силу невежества, а не по причине неизбежности, проистекающей от всемогущей силы. Подобное явление можно наблюдать при самых разнообразных событиях, какими бы ни были вызывающие их естественные причины. Ибо, что касается даже камней, растений, животных, а также ран, неудач и болезней, то некоторые события имеют природу неотвратимую, тогда как другие происходят только в том случае, если им нет никакого противодействия. Следует полагать, что философы, изучающие природу, предсказывают выпадающее на долю человека, уже учитывая данный принцип и подходя к стоящей перед ними задаче без ложных представлений, ибо определенные явления неизбежны в силу многочисленности и мощи вызывающих их причин, тогда как другие, напротив, могут быть предотвращены. Точно также врачи, способные распознавать болезни, заранее знают, какие из них фатальны, а какие излечимы. Применительно у событиям можно сказать следующим образом: нам следует прислушаться к словам астролога, когда он говорит, например, что при таком-то темпераменте и таком-то характере окружающего увеличение или уменьшение их основных соотношений повлечёт за собой такой-то результат. Подобным образом нам следует поверить в утверждение врача, что такая-то язва разрастётся или загноится, так же как мы верим рудокопу, говорящему, что магнит притягивает железо: каждое из этих явлений, предоставленное самому себе в случае, когда можно пренебречь противоборствующими силами, будет неизбежно развиваться согласно предначертанию природы. Однако профилактическое лечение предотвратит распространение или загнивание язвы, равно так и магнит, натёртый чесноком, не будет притягивать железо*17; причём, эти удерживающие средства тоже обладают естественной и предопределённой силой сопротивления. Точно то же происходит и во всех других случаях: когда будущие события неизвестны или, напротив, известны, но против них не предпринимается никаких мер, они безусловно будут развиваться естественным, предписанным путём. Если же человек знает о них заблаговременно и привлекает на помощь необходимые средства, предоставляемые природой и судьбой и не противоречащие им, то эти события либо вообще не свершатся, либо повлекут за собой менее тяжёлые последствия. Поскольку данная сила, независимо от того, прилагается ли она к явлениям универсальным или частным, по сути одна и та же, то не может не вызвать удивления следующий факт: почему все верят в эффективность предсказания на общем уровне и его важность для соблюдения чьих-то интересов (ибо большинство людей признают, что им заранее известны смены времён года, значения созвездий и фаз Луны, и они со всей предусмотрительностью пытаются обезопасить себя, запасая что-нибудь, дающее прохладу летом, и что-нибудь тёплое на зиму, и в целом подготавливая свои организмы к грядущим изменениям; более того, для достижения безопасности во все времена года, а также в плаваниях, они наблюдают за неподвижными звёздами, а при разведении скота или готовясь к севу, учитывают аспекты Луны в полнолуние*18; при этом никому не приходит в голову рассматривать эту практику как нечто невозможное или бесполезное). С другой стороны, при рассмотрении частных дел или проблем, зависящих от смешения различных свойств (например, предсказания прибавления или убыли, холода или жары, проявлений того или иного темперамента), некоторые не верят ни в возможность предвидения, ни в меры предосторожности, которые могут быть приняты в большинстве случаев. И всё-таки, поскольку очевидно, что в случае использования охлаждающих средств при зное мы будем страдать от него значительно меньше, то подобные меры, вполне вероятно, могут оказаться эффективными и в борьбе с определенными силами, усиливающими данный темперамент до непропорциональной степени. Причина этой ошибки - трудность частного предсказания и незнание вопроса, что и порождает в большинстве случаев недоверие к ним. Поскольку чаще всего способность к сопротивлению не подкрепляется предсказанием, ибо такое совершенное сочетание является редкостью, и поскольку ничто не препятствует следованию силы природы своим курсом, когда дело касается исходных свойств, то появляется мнение, что абсолютно все будущие события неотвратимы и неизбежны*19.

Однако я считаю, что если предсказание, которое сбывается не полностью, заслуживает глубочайшего внимания, по крайней мере, в силу его возможностей, то это относится и к оправдательной практике: она не обеспечивает универсального средства защиты от всего и вся, однако её важная роль хотя бы в отдельных случаях, какими бы малочисленными и мелкими они ни казались, должна приветствоваться, получать высокую оценку и рассматриваться как полезная в самом широком смысле.

По-видимому, признавая, что дело обстоит именно таким образом, египтяне, обладающие наибольшими познаниями в данной области, полностью объединили медицину с астрономическим предсказанием. Им бы никогда не удалось придумать определённые способы предотвращения или излечения общих и частных состояний, наступающих или существующих под воздействием окружающего, если бы они считали, что будущее неподвижно и неизменяемо. Но поскольку это не так, они, прибегая к обычным естественным средствам, поставили способность сопротивляться на второе место после велений рока и связали её полезную и благодетельную силу с возможностью предсказания посредством того, что они называли своими ятроматематическими системами, дабы с помощью астрономии преуспеть в изучении свойств температур, лежащих в основе недугов, а также событий, долженствующих произойти в будущем под воздействием окружающего, и их особых причин, основываясь на посылке, что без такого знания любая помощь в большинстве своем обречена на провал, поскольку одна и та же мера не подходит ко всем организмам и болезням; с другой стороны, с помощью медицины, опираясь на знание того, что показано или противопоказано в каждом случае, им удавалось - насколько это возможно - принимать меры предосторожности против надвигающегося недуга и предписывать безотказные снадобья при уже существующем заболевании.

Таковы наши предварительные соображения. Поведём теперь наше повествование на манер "введения"*20, начиная с характера каждого небесного тела, проявляющегося в его влиянии, в соответствии с физическими наблюдениями учёных древности, и рассматривая в первую очередь силы планет, Солнца и Луны.



ПРИМЕЧАНИЯ: 

*17. Распространённое поверье.

*18. Гесиод в поэме "Труды и дни" хорошо иллюстрирует, каким образом звёзды и созвездия (Плеяды, Орион, Гиады, Сириус, Арктур) и точки солнцестояния наблюдались в обычной сельской жизни именно в таких связях, о которых упоминает Птолемей; то же самое относится к навигации.

*19. Язык Птолемея очень сложен и иносказателен, поэтому перевод даёт одно из возможных толкований. В "Парафразе" Прокла данный абзац выглядит следующим образом: "Однако причина подобного допущения заключена в трудности предсказания в каких-то частных случаях, точной и правдивой трактовки данных вопросов и том факте, что ввиду редкости существования человека, находящегося в столь совершенной ситуации, когда от него не ускользнёт ни одно средство защиты, способность, обычно противостоящая силе, которая, не встречая сопротивления, действенно проявляет себя через исходные свойства, оказывается не подкреплённой предсказанием и, будучи лишённой этого подкрепления, приводит к формированию мнения о неизбежности всех без исключения будущих событий и невозможности их предотвращения".

*20. "Введение", или трактат, систематизирующий элементарные представления определённой науки, был популярным литературным жанром античности. Классическим представителем данного жанра является "Введение" Павла Александрийского (IV в.) - популярнейший учебник по астрологии.




 

 

Продолжение:

Глава 4. О силе планет.

Глава 5. О благотворных и вредоносных планетах.

Глава 6. 
О мужских и женских планетах.

Глава 7.
О дневных и ночных планетах.

Глава 8
. О силе аспектов с Солнцем.

Глава 9. О влиянии неподвижных звёзд. 

 


 

 



   
© 1995-2016, ARGO: любое использвание текстовых, аудио-, фото- и
видеоматериалов www.argo-school.ru возможно только после достигнутой
договоренности с руководством ARGO.