В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 15

Птолемей и астрология

Во времена Птолемея астрология — искусство предсказания судьбы по расположению небесных светил — пользовалась всеобщим признанием и считалась наукой. Астрология уходит своими корнями в глубокую древность. В древнем Египте эпохи фараонов, в Вавилоне и Ассирии жрецы поддерживали свое могущество, укрепляя в народе веру в то, что им одним доступна возможность читать па небе судьбы целых народов и их властителей. В рабовладельческой Греции, в древнем Риме влияние астрологии упало, астрологов не раз высмеивали, особенно за неудачные, неоправдавшиеся предсказания. Известный римский ученый, писатель и оратор Цицерон (I в. до п. э.) указал на такой факт. Видным римским полководцам той эпохи Помпею, Крассу и Цезарю было предсказано, что они умрут в своем доме в глубокой старости, окруженные всеобщим почетом [45]. В действительности все трое были убиты, и притом в среднем возрасте.

Несмотря на многочисленные ошибки астрологов, некоторые римские императоры держали их при своих дворах и пользовались их советами, а иные (как, например, Тиберий), не доверяя даже придворным астрологам (а вдруг они кем-нибудь подкуплены), пытались осваивать астрологическую «науку» сами. В то время в Римской империи было неспокойно. После смерти Октавиана Августа (14 г. п. э.) императоры сменяли друг друга быстрее, чем в паши дни чемпионы мира по боксу. Как правило, они умирали насильственной смертью, в результате заговоров среди императорской гвардии — преторианцев. Немудрено, что каждый новоиспеченный император желал узнать свою судьбу.

Ко II в. н. э. обстановка стабилизировалась. Положение императоров упрочилось. Но услугами астрологов власть имущие продолжали пользоваться не столько из боязни за свою собственную судьбу, сколько для «небесного» подкрепления своей политики, внешней и внутренней. Надо ли говорить, что для простого народа прямой контакт с астрологией был недоступен — ведь услуги астролога стоили дорого. Конечно, были и среди народа свои ведуны и гадатели, но их деятельность имела мало общего с «официальной» астрологией.

В то время астрология считалась «наукой». У нее были основные положения, что-то вроде «астрологических правил» и методов. Предсказываемые судьбы делились по значимости на четыре категории:

1)  судьба Земли и мира в целом;

2)  судьба отдельной страны или группы стран;

3)  судьба того или иного человека;

4)   судьба   некоторого   предприятия   или   начинания.

Основой   для   предсказания   служило   расположение движущихся светил (Солнца, Луны и пяти планет) по знакам зодиака. Так как знаков зодиака было 12, а планет — семь (Солнце и Луна тоже считались планетами), то нетрудно подсчитать, что различных расположений планет по знакам зодиака могло быть 4*6*125≈6*106 (6 миллионов)1. Для того чтобы рассчитать расположение планет на определенную дату, надо было уметь это делать. Таким образом, разработка теорий движения Солнца, Лупы и планет нужна была не только в чисто практических целях (календарь, предсказание затмений, определение долгот по положению Луны и т. д.), но еще и для нужд астрологии.

Каждый знак зодиака имел свое значение и смысл, каждая планета — тоже, из их сочетания выводились те или иные прогнозы на судьбы и характеры людей, на результаты войн и походов, торговых сделок, браков, политических союзов, на урожайность и даже на превратности погоды.

Чтобы уметь  составлять  эти прогнозы   (получившие название гороскопов), надо было обладать определенной суммой знаний по астрономии и математике. Поскольку астрологи были нужны (не только властителям, но и просто богатым людям), их надо было готовить, обучать. А для этого нужны были не только учителя, но и учебники. Вот такой учебник по астрологии и написал Клавдий Птолемей сразу после окончания работы над «Альмагестом».

 

Этот трактат из четырех книг, названный поэтому «Тетрабиблос», что означает «Четырехкнижие», в дошедших до нас копиях не был подписан, что породило некоторые сомнения в принадлежности его Птолемею. Однако известный историк науки И. Л. Гейберг, составитель «канонического» греческого текста «Альмагеста», на основе анализа дошедших до нас его копий доказал, что автором «Четырехкнижия» действительно является Птолемей [45].

Что же утверждает Птолемей в этом трактатё Вот какие доводы он приводит, чтобы обосновать идею о влиянии небесных светил на земные явления: «Мы имеем здесь, во-первых, тезис, который вполне очевиден и не требует длинной аргументации: сила, которая исходит от вечных частей эфира, распространяется на всякий предмет, окружающий Землю, и подвержена непрерывным изменениям. Первые элементы под Луной — огонь и воздух — приходят в расстройство от движения окружающего эфира; в своем беспокойстве они увлекают за собой более низкие элементы — воду, землю, а также растения и животных, которые из них происходят. Солнце, вместе с небом окружающее все земные предметы, налагает на них установленный порядок... Луна, которая ближе всего к Земле, влияет на весь земной мир очевидным образом; одушевленные и неодушевленные предметы следуют ее изменениям; реки подымаются и опускаются вместе с Луной; когда она восходит и заходит, моря приводятся в движение противоположными потоками, а растения и животные чувствуют в некоторой части или целиком влияние роста и убывания Луны. Кроме того, движение звезд есть предзнаменование ко многим явлениям в воздухе, как жара, холод или ветер. Относительное положение звезд является причиной различных изменений, так как при своих комбинациях небесные тела смешивают свое действие. Сила Солнца превосходит, согласно строению мира, другие светила, но последние могут увеличить или уменьшить его действие. Луна показывает это наиболее ясно в своих фазах, для других светил мы можем проверять это так же часто и ясно» [45].

Итак, Птолемей пытается подвести под астрологические воззрения своеобразную «научную базу». Он отталкивается от всем известных фактов о влиянии Солнца на погоду, на развитие растительности, на обеспечение своим теплом и светом жизни животных и людей, о влиянии Луны на приливы и отливы в океанах и морях. К этим несомненным проявлениям физических влияний Солнца и Луны на земные процессы «пристегивается» представление о влиянии Луны на течение рек, на растения и животных, о влиянии небесных светил на погоду. Кстати, это последнее представление — о влиянии Луны, планет и звезд на погоду - оказалось необычайно устойчивым и живучим. Именно под его влиянием уже в XVII в. астроном Джованни Риччиоли присвоил темным пятнам на диске Луны такие названия, как Море Дождей, Море Холода, Море Ясности, Море Облаков и др. Даже в наши дни приходится слышать в народе приметы о влиянии Луны (в частности, ее фаз) на погоду.

 

 

А  вот   как   распределял Птолемей «роли» между отдельными  светилами в их   влиянии на Землю:   «Солнце вследствие своей природы производит действие теплоты, в меньшей степени также сухости; относительно Солнца мы замечаем это гораздо легче своими чувствами, чем относительно   других   планет,   вследствие его  величины и вследствие явственности, с какой в течение времени изменяется его действие. Луна имеет влажное действие потому, что она ближе всего  к Земле, из которой подымаются влажные пары; она размягчает вещи, подверженные ее влиянию, и способствует их гниению, а благодаря своему сходству с Солнцем она обладает способностью согревать. Сатурн есть светило, преимущественно приносящее холод; он также сушит, но в незначительной степени, и это вполне естественно, так как он находится всего дальше и от теплоты Солнца и от влажности Земли. Впрочем, его силы, как и всех остальных светил, находятся в зависимости  от  их  положений  относительно  Солнца  и Луны. Юпитер — умеренная, благосклонная планета. Он расположен посередине между холодным Сатурном и жарким, удушливым    Марсом.    Он   дает    теплоту   и   влажность, но так как сила теплоты преобладает, то от него исходят ветры, производящие плодородие. Марс сушит и сжигает; его цвет огня согласуется с его свойствами, он находится вблизи  Солнца,  круг которого  лежит внутри его сферы. Венера по своей умеренности имеет сходство с Юпитером, но причина для этого совершенно иная: так как она находится вблизи Солнца, то несколько согревает, но при этом, подобно Луне, возбуждает гораздо больше    влажности, ибо при содействии   этого   большого   светила (Луны.— В. Б.) она притягивает влажность из  ближайших к ней  мест Земли. Меркурий сушит и в довольно значительной степени всасывает влажность, так как он лежит недалеко от Солнца; но иногда он немного и увлажняет, ибо находится вблизи Земли, ближе всех остальных планет, за исключением Луны» [45].

Все это поражает сегодня своей нелепостью, связанной с полным непониманием физической природы планет и возможности их влияния на Землю. Но чтобы внушить доверие к этим заключениям о влияниях планет на тепло и холод, на влажность и па сухость, Птолемей начинает с неоспоримого и для всех очевидного действия Солнца: «Солнце производит действие теплоты, в меньшей степени также сухости». «Да, конечно, это понятно каждому,— подумает читающий трактат Птолемея,— Что касается Луны и других планет, то их влияние прямо не ощущается, но ученые знают больше нас, и раз они так пишут, значит, это так и есть».

Взгляды на влияние различных светил на погоду прослеживаются и в «Альмагесте». Так, в конце восьмой книги, говоря о гелиакических (одновременных с Солнцем) восходах и заходах звезд, он отмечает, что их влияние на погоду не постоянно, а зависит от противостояний с Солнцем и от положения Луны [17. С. 416—417]. В «Четырехкнижии» Птолемей дает детальное изложение вопроса о тех или иных влияниях планет (включая Солнце и Луну) в зависимости от их расположения относительно знаков зодиака и друг друга. Расположение планет по-разному должно было влиять на природу и человека, если они находятся в соединении или в противостоянии друг с другом, в квадратуре или в тригональной конфигурации (в 120° друг от друга). От влияния планет и их расположений на погоду Птолемей переходит к их влиянию на судьбы людей, прокламирует связь между жизнью человека и расположением планет в момент его рождения [78].

Этот нелепейший тезис приводит (как давно уже заявляли критики астрологии, еще в античную эпоху) к парадоксальным следствиям. Выходит, что у всех людей, родившихся в один и тот же день, должна быть одна судьба. Что это не так, можно проследить, изучая, например, судьбы близнецов, родившихся не только в один день, но и почти в один час. Как порой различны бывают их судьбы!

Птолемей пытался навести некоторый порядок в хаосе различных астрологических систем и методов, основанный на рациональных принципах, стремясь избежать мистических комбинаций. Мы уже видели, что Птолемей хотел подвести под астрологию некую «физическую базу». Этот подход имел целью пополнить запасы аргументов, направленных против критиков астрологии. Оправдывая случаи ошибок в предсказаниях астрологов, Птолемей защищал ее основные принципы и сводил дело к их неправильному применению.

Хотя «Четырехкнижие» по своему значению не идет ни в какое сравнение с «Альмагестом», эта книга сыграла определенную роль в дальнейшем развитии астрологии. В развитии,   которое все затруднялось   перед лицом растущей точности астрономических наблюдений и строгости теоретических построений.

Ряд позднейших авторов составляли комментарии к «Четырехкнижию». Среди них назовем неоплатоника Порфирия (234—303), ученика Плотина, и другого неоплатоника, жившего двумя столетиями позже, Прокла Диадоха (412-485).

Неоплатонизм как философское течение возник и оформился в III в. н. э. Это — идеалистическое и к тому же эклектическое направление в философии, стремившееся объединить платонизм с взглядами Аристотеля, ставившее во главу утла абстрактные категории, такие, как Единое, Ум, Душа, не чуждое мистике [33]. Поэтому не случайно, что именно неоплатоники интересовались астрологией, комментировали «Четырехкнижие» Птолемея и издавали собственные сочинения по этому предмету. Так, Порфирий написал трактат «Введение в астрологию Птолемея», хотя и в других своих сочинениях он излагал астрологические вопросы. Прокл Диадох, основатель Афинской школы неоплатонизма, переработал «Четырехкнижие» с намерением дать объяснение птолемеевской астрологии. Увлечение астрологией в Византии стало развиваться все сильнее [65].

В конце V—начале VI в. н. э. философ  Павел   Александрийский   написал   книгу   «Введение в астрологию», которая   вскоре   вытеснила  «Четырехкнижие»  Птолемея и   заняла   место   основного   учебника   по    астрологии. Профессор Александрийской школы Олимпиодор в 564 г. вел   преподавание   этого  предмета  уже по книге Павла и написал к ней   толкование [65]. Олимпиодор   соотнес семь   известных   в   древности   металлов   семи   планетам и   ввел   обозначения   этих   металлов   символами   планет (используемыми и сейчас).  Солнцу соответствовало  золото,    Луне — серебро,   Венере — медь,   Марсу — железо, Юпитеру — олово, Сатурну — свинец,  Меркурию — ртуть2. На   протяжении V—VI вв. христианская церковь вела ожесточенную борьбу против астрологии,  утверждая, что   будущее — в руках   божьих и надо не пытаться узнать  божью  волю  наперед,   а  молиться  богу и просить его о ниспослании счастливой судьбы. Несколько церковных соборов осудили астрологию. Были сожжены сочинения   Порфирия,    был   казнен   философ   Боэций,   также тяготевший к неоплатонизму и не чуждавшийся астрологии.

И все же астрология не исчезла. Те же самые римские папы, проклинавшие астрологию на вселенских соборах, дома тайно содержали своих астрологов и руководствовались их предсказаниями. Не чурались их и светские правители.

В IX в. «Четырехкнижие» Птолемея было переведено на арабский язык. В середине XIII в. благодаря стараниям короля Кастилии Альфонса X это сочинение было переведено па латинский язык, а в 1484 г. в Венеции Ратдольт выпустил его первое печатное издание. На греческом языке оно было издано в 1525 г. в Нюрнберге, после чего не раз переиздавалось [130]. В 1551 г. в Базеле было издано своеобразное «собрание избранных сочинений» Птолемея [6], куда вошли «Альмагест» в переводе Георгия Трапезундского, «Четырехкнижие» в переводе Иоахима Камерария, «Центилоквиум» («Книга плодов») и более мелкие сочинения, а также комментарии к «Альмагесту» Прокла Диадоха (в переводе Джорджио Валла Плацентино) и комментарии редактора издания — профессора Тюбингенского университета Эразма Освальда Шреккенфукса (1511—1579), известного своими переводами и комментариями к сочинениям астрономов древности и средневековья.

«Четырехкнижие» — сравнительно небольшое сочинение, оно занимает около 60 страниц in folio. Сейчас для нас это лишь страница в истории развития культуры эпохи позднего эллинизма, или, выражаясь словами Г. А. Гурева, страница «истории одного заблуждения» [45].

 

 

Примечания

1 Здесь учтено, что Меркурий при данном положении Солнца может находиться лишь в четырех, а Венера в шести знаках зодиака.

2  Отсюда - название ртути на многих языках (например, по-английски - mercury, по-французски - mercure и т. д.).

 


 


 

 

 

Содержание книги:

 

В. А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Предисловие.

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 1. Место и время действия.

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 2. Астрономия в Вавилоне и Греции до Гиппарха

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 3. Астрономические исследования Гиппарха

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 4. Краткое содержание "Альмагеста"

В. А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 5. Мировоззрение Птолемея

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 6. Небесная сфера: расчеты и измерения

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 7. Теория движения Солнца

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 8. Теория движения Луны

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 9. Звездный каталог

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 10. Теория движения планет

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 11. «Преступление Клавдия Птолемея»

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 12. Работы Птолемея в области географии

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 13. Работы Птолемея в области оптики

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 14. Математика и музыка

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 15. Птолемей и астрология

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 16. Судьба «Альмагеста»

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Глава 17. От эпициклов Птолемея к законам Кеплера

А. А. Гурштейн. Птолемей и Коперник. Послесловие редактора

В.А. Бронштэн. Клавдий Птолемей. Примечания: литература. Публикации трудов Клавдия Птолемея (в хронологическом порядке)

 


 

 

 

 



   
© 1995-2016, ARGO: любое использвание текстовых, аудио-, фото- и
видеоматериалов www.argo-school.ru возможно только после достигнутой
договоренности с руководством ARGO.